Надежда Бабулина, психолог Когда ты знаешь, что истории не выдуманы, и слова, фразы полностью принадлежат реальным людям. Когда ты слышишь, что эти реальные люди сталкивались с трудностями, проходили (с потерями или без них) разные ситуации, проживали реальные чувства: печаль, гнев, стыд, страх, отвращение, радость, восторг, разочарование. Ты можешь понять. С тобой все в порядке. И с твоими чувствами тоже. И ты можешь чувствовать их все. Ты можешь узнать в этих историях своих близких и знакомых и лучше понять их. Ты можешь позволить себе прямо в зале, прожить то, что было не прожито: начать или продолжить горевать, увидеть, возможно, те моменты, где твоя радость была украдена и вернуть ее себе. Это как если бы ты присутствовал на групповой терапии в роли наблюдателя. Все, что происходит на сцене, это правда. Это реальность. И соприкасаться с реальностью – уже само по себе целительно.
Надежда Бабулина, психолог Миля Ибрагимова, психолог Могу смело утверждать, что вербатим – спектакль «с психотерапевтическим эффектом», и даже сказать: «ОСТОРОЖНО! Спектакль с психотерапевтическим эффектом». Этот жанр может быть вкладом в развитие культуры переживания, культуры воспитания эмоциональности и культуры «эмоциональной поддержки», так как герои говорят языком живых людей, не режиссерским текстом. И зритель может встречаться со своими похожими переживаниями. И терапевтическое воздействие, полагаю, в переживаемом катарсисе, где происходит высвобождение чего угодно: эмоций, переживаний каких-то, того, что в реальности закрыто, а человек не дает в повседневной жизни этому выхода. Единственное опасение: очень важно соблюсти и сохранить эту грань между «форматом», который зритель может выдержать и не уйти глубоко в травму. Или можно зрителю после спектакля рекомендовать позаботиться о себе – обратившись к специалисту-психологу.