Александрина Шаклеева: театром сегодня может называться все, что хочет себя так называть
Знаем, ты давно хотел, чтобы в твоей жизни появился человек, который просто и доступно пояснит за все непонятные театральные словечки. Иии… вот же он! Заместитель руководителя по творческой части «Космоса» Александрина Шаклеева подготовила для тебя погружение в историю театра и современные форматы. Слово ей.
В далекие античные времена у театра было всего два жанра: трагедия и комедия. По свидетельству Аристотеля, театр возник из импровизации (привет, Олег!). Трагедия произошла от песен сатиров (сам термин переводится как «песнь козлов») и в начале носила шутливый характер, лишь позже став серьезной. Комедия (т.е. песня комоса) произошла от веселых запевал, часто непристойных песен. Подвыпив на праздниках, посвященных Дионису, они шли дружным строем и несли в руках бутафорский фалл (да, это мужской половой орган – символ плодородия). Театр всегда реагировал на изменения мира молниеносно, как журналист в желтой прессе. А мир со времен античности не слабо тряхануло: христианство, Возрождение, технологический прогресс, Вторая мировая война, геноцид, сексуальная революция, интернет, терроризм, и, наконец, пандемия COVID-19. Сегодня видов театра огромное множество: появившихся недавно и тех, что приобрели новую актуальность, а еще синтетических, в которых смешались давно знакомые жанры. Автор статьи не претендует на истину, но считает, что театром сегодня может называться все, что хочет себя так называть. Лишь бы несчастному зрителю не пришлось терзаться из-за бездарно потраченного времени.
Документальный театр Ага, как и в кино: все основано на реальных событиях. Одна из самых известных техник документального театра – вербатим (в переводе с латинского «дословно»). Постановочная группа берет интервью у носителей истории (их называют доноры), а потом воспроизводит на сцене не только историю, но и манеру говорить, вести себя и т.д. Бывает так, что на сцену выходят и сами носители историй (это уже театр свидетелей). Вообще-то первый документальный спектакль «Несмотря ни на что» был поставлен в далеком 1925 году немецким режиссером Эрвином Пискатором, есть примеры и в российском театральном авангарде 1920-х гг. (коллектив «Синяя блуза»). Короче говоря, это довольно старый вид театра, бум которого пришелся на 1960-е годы в Германии, Великобритании и США. В России своим развитием он во многом обязан московскому «Театру.doc». Самые известные представители этого вида театра сегодня – группа Rimini Protokoll. Их спектакли идут по всему миру, в том числе и в России (Remote Moscow, Remote St. Petersburg, Cargo Moscow, «100% Воронеж» и др.) В регионах популярен жанр «городского вербатима» (не путать с театром горожан), среди которых «Я (не) уеду из Кирова» Бориса Павловича, новосибирская «Пыль» Михаила Патласова, #ПРОКАЛУГУ Талгата Баталова и многие другие. В Тюмени тоже работают с документальным театром. Самые удачные примеры – спектакль «Клавдия. Записки на сгущенке» в театре «Ангажемент» (правда, его больше нет в репертуаре, но не вспомнить о нем здесь было бы несправедливо) и аудиоспектакль «Мам_привет», недолгое время живший на площадке «Космоса». Работает с документальным театром и Светлана Ханжина – руководитель театральной мастерской «ТеМа» и молодежного театра «УЮТ». Ты мог видеть ее спектакли «Кошка из головы не идет» и «Попкорн». А вот с городским вербатимом в МТЦ «Космос» тебя познакомит Данил Чащин и его спектакль «Тюмень. Остаться Нельзя Валить?». Спектакль-экспириенс «Тюмень. Остаться Нельзя Валить? Иммерсивный театр Т.е. «создающий эффект присутствия». Суть в том, что зритель становится полноправным участником действия. Своим появлением иммерсивный театр обязан видеоиграм. Первый спектакль в этом жанре поставила британская компания Punchdrunk в 2000 году, но популярность к ним пришла лишь спустя 9 лет со спектаклем Sleep No More. Один из первых иммерсивных спектаклей в России – «Норманск» в Центре им. Мейерхольда. Что посмотреть в Тюмени? Вот, честно говоря, даже не знаю. Принимаю ваши версии в комментариях. А вообще, конечно, надо следить за новостями в социальных сетях «Космоса», ведь в субботу у нас на площадке был спектакль «Четвертый» екатеринбургского театра «Фабрика», где один из зрителей стал полноценным действующим лицом (то есть для этого зрителя спектакль был иммерсивным, а для остальных – нет). Условно можем отнести к иммерсивным два проекта Никиты Герасимова – променад «Гудбай, Берлин» (который, надеюсь, еще вернется в прокат) и аудиопроменад «Гражданин С». Спектакль-аудиопроменад «Гражданин С» Site-specific Это, когда ты идешь на спектакль, но не в театр, а на заброшенный завод, в торговый центр, в лес или еще в какое-нибудь интересное место. Важно: это не просто ребята собрались сыграть спектакль в лесу, а этот самый спектакль не сможет состояться не в лесу. Понимаешь, да? Действие обусловлено местом, именно оно служит основой спектакля (как пьеса в драматическом театре). Так что, если вам в театре выстроили сценографию бара и даже налили бокальчик чего-нибудь эдакого, то это просто имитация места действия, а вовсе не сайт-специфичный спектакль. Этот вид театра древен, как и сам театр, но особую популярность приобрел только в XX веке. В Тюмени можно было познакомиться со сайт-специфик театром во время лаборатории «Театр в городе. Город в театре». Цифровой театр Особую популярность, как не сложно догадаться, цифровой театр приобрел совсем недавно – во время карантина. Важно понимать, что онлайн-театр – это не трансляции спектаклей в интернете, это спектакли, созданные специально для онлайна. Из примеров – «Спонтанная программа» фестиваля «Точка доступа», в которой можно было посмотреть спектакли в ZOOM, WhatsApp, Telegram, Tik-Tok, Instagram и т.д. Онлайн-спектакли могут быть и довольно консервативными (например, променады, доступные в приложении «Мобильного художественного театра», безусловно, наследники старой доброй традиции радиоспектаклей). К таким проектам относится и аудиопроменад «Гражданин С», о котором уже упоминала выше. Одни из самых удачных спектаклей, подаренных нам карантином, на мой взгляд, I don't want to see this в ZOOM – проект израильских художников Лиора Залмансона и Майи Магнат, адаптированный для России компанией «Импресарио»; разговор в WhatsApp «Алло», поставленный Борисом Павловичем по пьесе Элины Петровой, а также сайт-специфичный telegram-спектакль Олега Христолюбского «Я делаю тебе сайт-специфик, пока ты режешь лук у себя на кухне». Популярность обрели и ZOOM-спектакль Семена Александровского «Брак», и спектакль-переписка «Все письма – это письма о любви» Элины Куликовой. В общем, за время карантина таких проектов вышло очень и очень много. В Тюмени вы можете сходить на спектакль-разговор в WhatsApp «Тишина Севера», поставленный Элиной Куликовой специально для Молодежного театрального центра «Космос», и объединивший на ZOOM-репетициях актеров из Тюмени, Екатеринбурга и Омска. А совсем скоро «Космос» порадует новым проектом – telegram-перформансом «Внимание!» Его делает петербургская театральная компания «Перфобуфет», а помогают им в этом молодые тюменские постановщики: ребята ни разу не встречались в реальной жизни, проект создается для онлайна и в режиме онлайн. В его центре – проблемы дорожно-транспортного травматизма и безопасности на дорогах. Сложно предугадать судьбу цифрового театра после снятия всех ограничений: конечно, интерес к нему поутихнет, но вряд ли сойдет на «нет». Он не только позволяет осваивать новое пространство, но и делает театр доступным самым широким слоям населения: неважно, где ты находишься, чтобы попасть на спектакль, тебе нужен только хороший Wi-Fi.